БогоматерьО т р ы в о к  и з  к н и г и

Пресвятая Дева говорила негромко и ласково, так нежно, как говорит мать с ребенком. И каждое ее слово проникало в душу, принося успокоение и уверенность, умиряя непримиренные мысли. Михаил касался взглядом ее лица, теплого, озаренного светом.

Обрамленное почти черными волосами, сияющее лучами рая, оно было так молодо, но в зрачках таилась такая мудрость и полнота, что оставалось только умолкнуть и удивляться про себя этой чистой и совершенной красоте темных, как спелые каштаны, глаз. 

— Твое лицо печально, — произнесла она. — Но скорбь бессильна. Она больше не коснется твоей души. Долгое время. 
— Благодарю тебя, — почти прошептал Михаил. — Благодарю… Я бы не справился сам.

Теперь он чувствовал, как скучал по ней, и, удивительно, как она была рядом с ним все эти нелегкие дни.

— Бедный мой мальчик… Сколько тебе досталось сегодня. Но не торопись… Если хочешь помолчать, у нас есть время, чтобы ответить на все вопросы позже.

— Есть ли?.. — молвил Михаил.

— Есть, — уверила Мария.

Михаил умолк. Не вставая с колен, он придвинулся ближе, усаживаясь так, что его лицо оказалось на уровне ее плеча. 

Как мирно было в движении воздуха и как хотелось просто тишины вдвоем. Он не считал минуты, когда почувствовал в груди силу говорить. 

— …почему всегда так случается? — молвил он. — Почему ангелы, которые были рядом со мной, вдруг в один момент исчезают?.. В этом виноват я?

— Да, ты виноват. Но разве только тем, что ты первый архангел, — ответила Святая Дева. Ее ладони легли на его волосы. — Быть рядом с тобой — великое испытание. Это как карабкаться на вершину отвесной скалы, рискуя сломать себе шею, забыв себя, чтобы снова принести присягу и доказать тебе свою любовь, хотя ты и ни разу не обмолвился, что просишь подвига. Дышать с тобой одним воздухом, когда ты дышишь чистым ураганом, смотреть на солнце и не слепнуть, стоять на кончике кинжала, оказываясь под ударом того, кто ненавидит тебя без правды. Диана не смогла этого вытерпеть. Агнесс этим живет. И ты — ее неизмеримое счастье. И в тебе ее боль, как боль тернового венца. Моего Сына, который пронзил им мое сердце, так же, как пронзает ее твоя боль. Эта боль и эта любовь… Она одна для нас для всех, хотя у нее и много лиц...

Автор: Лиля Ветрова